Будки на мосту нет. Сторож живёт в доме у площади и выходит к настилу дважды: утром, чтобы снять верёвку, и вечером, чтобы повесить её снова. Верёвка не замок. Её переступают, если очень нужно, но тогда наутро объясняются. Сторож записывает имя на обрывке, не в книгу.
В его работе мало запретов. Он не пускает на настил лошадь под седлом: копыто попадает в щель. Не пускает санки с горы, даже если ребята клянутся, что остановятся до воды. Всё остальное — доски, вёдра, пустая телега — проходит без разговора.
Зимой он посыпает средний пролёт песком из ведра, которое оставляет на ночь у первой сваи. Ведро привязано, иначе его уносят как бесхозное. Песок берёт не с реки, а со двора: речной мёрзнет комком и на доске не держится.